Юлька

Ещё в школе Юлька стала меркантильной сукой, её абсолютно не интересовали сверстники. Ей, как она говорила, с ними неинтересно, поговорить, мол, не о чем. Хотя самой, если палкой по голове стучать, будет оглядываться, и спрашивать: «Где это стучат?». Любила, знаете ли, по клубам пошляться со ста рублями в кармане, на такси домой. Подружки у нее такие же были, помню пытался к одной подкатить, так она мне заявила, что мужчина без машины - не мужчины. Я потом вспомнил про это, когда на встречу выпускников на Лексусе приехал, вот это глаза у нее были. Если бы узнала, что Лексус не мой, расстроилась бы, наверное.

Рассказ-то, собственно, не про нее, рассказ, про Юльку, после школы поступила она в медицинскую академию, потом вроде отчислилась, сказала, не хочет шесть лет учиться, чтобы потом пятнадцать тысяч зарабатывать. Ушла в экономическую шарагу какую-то. Я уже и не помню где я в то время был, по-моему, завербовался после армии в экспедицию, на крайний север, кажется, не суть.

Встретил я в аэропорту как-то Димку, одноклассника, он и поведал мне замечательную историю о том, что Юлька осела где-то в Новосибирске и мечта её частично исполнилась, стала она санитаркой в больнице. Рассказ этот я забыл буквально через пять минут, я о своих буровых установках думал, оборудование нежное, а грузчики пьяные, как бы чего не случилось.

Странно, но Юлька мне приснилась за день до нашей встречи. Никогда раньше не снилась, а тут приснилась. Я как раз летел в Новосибирск, зачем уже точно не помню, но, по-моему, по учебе что-то. Заселили меня в гостиницу в один номер с таким же как я студентом-заочником. Хорошенько мы в тот вечер набрались водочки, почти земляки оказались, да и отравились с утра печеньем походу. Не свежее было, наверное.

Попали в больничку, в той больничке как раз Юлька и работала. Разболтались, рассказала, что образование забросила, подругам школьным врет, что работает экономистом в компании, ну, посидел с ней, покивал. Про себя ничего толком не рассказал, так, в общих чертах, армия, север, заочка, север. Через два дня нас выписали. Неделю мы дела все свои делали, потом решил к Юльке зайти, напоследок, зашел, пожалел потом, что зашел. Начала на север со мной проситься, я ещё, дурак, обмолвился, что повара нужны.

Следующим вечером мы уже сидели в самолете на Магадан. Вот я ведь олень северный, помнил же ещё со школы, что дура она дурой, хоть и одни пятерки в аттестате. Одежды теплой с собой почти не взяла, всю дорогу на вездеходе ныла, готовить, оказалось, толком не умеет. Короче, мужики на меня обиделись за такого повара, один плюс, хоть баба красивая в лагере есть. Романчик у нее с нашим геологом был, ну как романчик, он её трахал, а у нее с ним роман. Как и ожидалось, не сложилось. Вернулись мы с вахты, деньги получили, она и умотала в свой Новосибирск, сказала, что новую жизнь начинать будет.

Меня уже успели повысить до начальника экспедиции и тонко намекнули, что это моя последняя поезда на север, потом переведут в центральный офис. В той поездке я и познакомился с Анькой. Анька была наш стажер по геологической части. Университет заканчивала и преддипломную практику проходила. Тоже из Новосибирска оказалась, поэтому на свой заслуженный отдых после экспедиции мы вместе рванули к ней.

Юльку я встретил в клубе, шла вся расфуфыренная как шалава на Тортуге, и пьяная как пират оттуда же. На шею кинулась, благодарила сильно за ту поездку, тока я так и не понял, что же я такого для нее сделал. Анька мне потом рассказала, что знает её, Мата Хари новосибирского масштаба. Пришлось уехать оттуда, проходу не давала, с кем-то познакомить пыталась, надоела. С утра смс от нее пришло, извинялась встретиться предлагала, пришлось соврать, что уехал.

Следующая наша встреча состоялась на Курском вокзале в Москве. Вот кто бы мог подумать, что в этом муравейнике вообще можно увидеть знакомое лицо, а нет, можно. Юля, как ни странно, была трезва, прилично одета, ухожена и вызывала расположение. Мы сели в кафе: я, Анька и она. Рассказала она, что произошло с ней за последние три года, что мы не виделись.

Оказывается, Мата Хари новосибирского разлива оказалась падка на военных. Познакомилась где-то с молодым лейтенантом, я его после видел, человек габаритов два на два, и укатила не раздумывая с ним на границу, мучилась, говорит в военном городке сильно, сходить некуда, поговорить кроме мужа не с кем, пить начала втихую дома, пока супруг на службе. Потом забеременела, выкидыш случился, плакали с мужем вместе, честно говоря, не представляю, как этот человек мог плакать, но, с её слов, он просто рыдал. Рыдал и бил Юльку, все говорит знал, и про её развлечения с алкоголем, и про жизнь распутную в Новосибирске, все знал.

После той ночи, она проснулась с осознанием того, что пора что-то менять в жизни. Пить бросила, лечиться начала, и через год забеременела снова. Муж, Валерка кстати, просто летал от счастья, он вдобавок ко всему внеочередное звание получил, старшим лейтенантом стал. Родила она крепкого здорового карапуза, Ромкой назвали. И вот после возвращения из роддома выяснилось, что Валерка не совсем простой лейтенант. Папа у Валерки оказался каким-то крутым генерал-лейтенантом в Москве, а сына специально отправил служить в самый дальний гарнизон, чтобы крысой штабной не стал. И условие поставил, заберу обратно как следующее звание получишь и внука сделаешь.

Стала Юлька сейчас женой офицера, домохозяйкой и мамой классного пацана, Ромки. А мне по секрету рассказала, что в ту ночь, когда Валерка плакал и бил её, поняла она, что жила неправильно. И решила все поменять, и поменяла, как ни странно, совсем не жалеет.

Прошло уже почти пятнадцать лет с той встречи, Юлька сейчас вдова героически погибшего офицера, мать суворовца и просто сильная женщина. Нашедшая в себе силы и вырваться из всего того дерьма, в которое попала ещё в школе и не попасть в такое же после смерти мужа.

© sturmges

Похожие истории

Про белочку
Ответы на 7 детских вопросов
1 сентября — День мобильных знаний
Стихи Пушкина
Память
Палец в ухе
Тестирование ребенка
Золотые правила жизни
Люби Россию
Проходной двор на Северном полюсе